ЯВЛЕНИЕ ШЕСТНАДЦАТОЕ

Те же и граф на балконе; Тимотео; потом барон.

Граф (громко и взволнованно). Эй, синьор Тимотео!

Тимотео. Что прикажете?

Граф. Скорей, скорей дайте чего-нибудь успокоительного. Синьоре Кандиде

дурно.

Тимотео уходит в аптеку.

Что страшного она могла увидеть в этом окне? Разве в саду, ядовитые цветы

растут?

Креспино бежит через всю сцену. Коронато и Мораккьо гонятся за ним.

Барон (выбегает из виллы, чтобы поторопить Тимотео). Живей, живей,

синьор Тимотео!

Тимотео (выходит из аптеки с подносом, на котором стоят разные

пузырьки). Иду, иду!

Барон. Скорей, вы нам нужны! (Убегает в виллу.)

Тимотео. Сейчас, сейчас!

Креспино, Коронато, Мораккьо налетают на Тимотео, опрокидывают его, и он

шлепается на землю со всеми пузырьками, которые разбиваются вдребезги.

Креспино тоже падает и роняет веер. Коронато хватает веер и уносит его.

Тимотео поднимается и возвращается в свою аптеку.

Коронато (к Мораккьо). Вот он, вот он, у меня в руках...

Мораккьо. Отлично! Пусть остается у вас. Уж я заставлю Джаннину

сказать, от кого она его получила. (Уходит к себе.)

Коронато. А пока что я всем натянул нос. Веер-то у меня. (Уходит в

гостиницу.)

Креспино. У, негодные! Совсем искалечили. Но терпенье, терпенье! Обидно

только, что Коронато забрал веер. Пар шесть башмаков отдал бы, чтобы

получить его обратно да изломать в куски. Изломать в куски? Это зачем же?

Только за то, что его подарили моей милой? Вот вздор! Джаннина девушка

славная, а нее очень люблю, и нечего нам разводить там разные антимонии.

(Прихрамывая, уходит в лавку.)